Ключевые слова:

УДК 612.425

© Гордова В.С., 2013

Поступила 17.07.2013 г.

В.С. ГОРДОВА

 

НЕЙРОМЕДИАТОРЫ ЛИМФОИДНЫХ ОРГАНОВ
(функциональная морфология)

 

Чувашский государственный университет им. И.Н. Ульянова, Чебоксары

 

Нетривиальный взгляд на научную школу Дины Семеновны Гордон

 

У каждой научной школы есть основатель, Учитель. Учителем школы гистологов Чувашии является Дина Семеновна Гордон (рис.1).

Доктор медицинских наук, профессор, член-корреспондент РАЕН РФ, почетный член  Национальной академии наук и искусств ЧР Дина Семеновна Гордон  в течение 1968-2000 гг. работала  в Чувашском государственном университете им. И.Н.Ульянова, двадцать лет заведовала кафедрой гистологии и общей биологии медицинского факультета, основатель научной школы морфологов Чувашии. Организатор и руководитель Научного общества анатомов, гистологов и эмбриологов Чувашской Республики, член  двух проблемных комиссий Российской академии наук: «Специфическая и неспецифическая защита организма» и «Люминесцентный анализ в биологии и медицине»,  член диссертационного совета  Казанского медицинского института. Под ее научным руководством подготовили диссертации и защитили 7 докторов и 22 кандидата наук. В 2012 г. Дине Семеновне Гордон исполнилось 90 лет. Этому событию была посвящена Всероссийская научная конференция с международным участием «Морфология в теории и практике». В сборник материалов и тезисов по итогам этой конференции вошли также воспоминания Дины Семеновны Гордон, которые содержат уникальную информацию о великих ученых, с которыми она была знакома лично.

Рис.1. Гордон Дина Семеновна

Сама Дина Семеновна удивительно скромно пишет об основанной ею школе: «Титул "школа" - высокий титул, который присваивает коллективу само научное сообщество страны без всяких документов (например, школа физиков - А.Ф. Иоффе, школа физиологов - И.П. Павлова). Нас, чувашских гистологов, именуют "школой" с 80-х годов. Много лет Школа живет и активно развивается. Часть профессоров, уходя для руководства другими коллективами, уносит с собой наши традиции. Выполняется главнейшая из всех функций профессора – воспитание новых, высококвалифицированных кадров - настоящих исследователей, соответствующих международным стандартам, умеющих сочетать истинную науку с успешной преподавательской деятельностью» [1. С. 56].

Помимо Учителя, у каждой Школы есть  Книга, та, которую выстрадал и подарил миру Учитель. Именно Книга отражает все основные взгляды Учителя, именно она разговаривает языком Учителя, именно в Книге можно найти ответы на многие и многие вопросы, именно после прочтения Книги вопросов не становится меньше. Материалы Книги – это то, на чем, собственно, и стоит  Школа. Такой Книгой для школы гистологов Чувашии является монография «Нейромедиаторы лимфоидных органов (функциональная морфология)» (рис. 2).

Рис. 2. Обложка монографии «Нейромедиаторы лимфоидных органов
(функциональная морфология)»

Изданная в 1982 г. в издательстве «Наука» тиражом 1600 экземпляров, эта Книга является библиографической редкостью. Счастливые обладатели монографии не выпускают ее из дома в прямом смысле этого слова, искать Книгу в библиотеках бесполезно – она постоянно у кого-то на руках. И, конечно же, как у каждой Книги, у монографии есть своя собственная история. Поскольку история Книги связана с историей Школы, мы обратились с вопросами непосредственно к Дине Семеновне Гордон.

- Дина Семеновна, скажите, пожалуйста, каковы были предпосылки к созданию этой монографии?

- Она явилась закономерным итогом работы кафедры гистологии. Четырнадцать лет мы занимались изучением иннервации лимфоидных органов. Уже была защищена кандидатская диссертация Сергеевой Валентины Ефремовны (1976), посвященная адренергической иннервации тимуса, написано много статей. Была подготовлена докторская диссертация Зеленовой Ирины Геннадиевны об иннервации селезенки и лимфатических узлов. Однако случилось так, что Ирина Геннадиевна по стечению обстоятельств не стала выносить на защиту результаты своих исследований. Приоритетные материалы, полученные с такой тщательностью и с таким упорством! Десятки микрофотографий, новейший на то время метод исследования – все это необходимо было сделать доступным для науки, для других людей. Монография отразила все наши достижения, как большие, так и, казалось бы, незначительные.

Да, кафедра занималась проблемами лимфоидных органов 14 лет, а сама Дина Семеновна Гордон гораздо дольше, ибо и докторская ее диссертация (1967), и кандидатская (1954) были посвящены иннервации миндалин. Вот что по поводу экспериментальной части монографии Дина Семеновна писала в автобиографическом очерке: «Сложно было выявить холинергическую иннервацию лимфоидных органов. Трудно воспроизводимый, но хороший результат удалось получить в аппендиксе, где выявилась картина холинергического перифолликулярного аппарата, не касающегося центра фолликула. В селезенке посчастливилось увидеть радиально-концентрический по архитектуре, ретикулярно-сосудистый остов фолликула, не выявленный ранее никем. С большим трудом были выявлены и описаны холинергические структуры в лимфатических узлах» [2. С. 46].

- Новейшие методы, колоссальный труд – надо полагать, рукопись с руками оторвали?

- В издательстве «Медицина» рукопись пролежала долго. Ее никто не собирался печатать.

- ?!

- Тому было много причин. Считалось, что серьезная наука возможна только в Москве и в Ленинграде, в крайнем случае, в Киеве. Какая наука могла быть в Чебоксарах? Тем более в вузе, который недавно открылся, в провинциальном вузе, на кафедре, которая только что была организована. Тогда мало кто хотел понимать, что работа происходит в голове, вся наука происходит в голове, а не в каком-то конкретном городе или месте. Если у человека есть мозги и достаточно усердия, он сделает работу и в провинции, а если ничего нет в голове, то тут и Москва не поможет. Это сейчас, когда у всех есть доступ в Интернет и открыты все источники, человек может, не выходя из дома, получить представление о различных методах, методиках и состоянии проблемы. А тогда каждая дисциплина, можно сказать, варилась в собственном соку, и те, кто пытался работать на стыке нескольких дисциплин, вызывали только раздражение и непонимание. 

- Дина Семеновна, но ведь в монографии есть отличные фотоматериалы – что же там непонятного? Видно же, что вот он, сосуд, что вот они, оплетающие его адренерические нервы … (рис. 3).

Рис. 3. Околососудистые нервные сплетения в селезенке интактной кишки. Метод Фалька. МЛ-2, об.40, ок. гомаль 1,7. Источник: [2].

- Сейчас, может быть, и понятно, потому что прошло уже тридцать лет, наши исследования проверены и перепроверены, и представление о нейромедиаторах можно получить в готовом виде. Это очень сложно – быть в чем-то первым, потому что не с чем сравнить полученные результаты. Мало ли что там может светиться по ходу сосуда – может, это лимфатические сосуды, может, это участки соединительной ткани или вообще артефакты? Так отвечали нам на наши статьи и доклады. Но находились люди, которые принимали наши исследования. Например, профессор Владимир Александрович Говырин, крупнейший специалист по сосудам. Он дал положительную рецензию, и для нас это было счастьем.

- Но, помимо микрофотографий, были цифровые данные, отражающие количественное содержание нейромедиаторов.

- В самые первые годы работы у нас не было фотометрической насадки. Может быть, поэтому наша статья, самая первая статья по теме монографии, пролежала в журнале «Архив анатомии, гистологии и эмбриологии» пять лет. И так и не была напечатана. Сам метод вызывал неоднозначную реакцию. Один ленинградский гистолог говорил мне, что с помощью люминесцентной микроскопии определяют свежесть сливочного масла (окисленные и неокисленные липиды), и поэтому в «высокой науке» этому методу нет места. Я же возражала, что и рентгеновские методы используются  в обувных магазинах, чтобы можно было посмотреть, насколько плотно обувь прилегает к ноге. Если какой-то научный метод нашел практическое применение в обыденной жизни, это не говорит о том, что он плох, это говорит о том, что нашлись люди, которые догадались использовать этот метод для новых целей.

- Если работы не принимали в центральную печать, как же Вы выходили из положения?

- У нас была возможность печататься в ежегодном научном сборнике ЧГУ «Макро- и микроструктура тканей  в норме, патологии и эксперименте». Были люди, которые предвзято относились к этому сборнику, мотивируя свое негативное отношение тем, что количество читателей у этого сборника было небольшим. Конечно, количество читателей нашего сборника было не сравнить с количеством читателей центральных изданий, но мы делали все, чтобы обеспечить качество. Мы приглашали авторов из Москвы, Ленинграда, Иваново, Казани. И сборник каждый год по разным городам рассылали. И, конечно же, мы сами участвовали во всех мероприятия – конференциях, симпозиумах, форумах, съездах. Так или иначе, еще до выхода монографии о нас и наших исследованиях знали по опубликованным работам.

- Как же получилось так, что рукопись лежала в Москве, а издана была в Ленинграде?

- Эту историю можно считать авантюрным романом, иначе не назовешь. Мы ехали в Вороново, на конференцию по иммунофизиологии, организованную Академической комиссией, «Специфический и неспецифический ответ организма на раздражитель», которой руководила доктор медицинских наук, профессор Елена Андреевна Корнева, проездом через Москву. За те несколько часов, что мы были в Москве, забрали из издательства рукопись.

- Специально, чтобы показать ее на конференции?

- Рукопись не была заявлена на рассмотрение, мы везли совершенно другой доклад. Надо сказать, что Елена Андреевна благосклонно отнеслась к нашему докладу, наверное, потому, что сфера ее интересов была близка к нашей. В заключительной речи профессор Корнева сказала, что по итогам конференции нечего печатать, кроме сборника статей, нет ни одной фундаментальной вещи.

- И тут Вы, наверное, как достанете свою рукопись…

- Над этим можно иронизировать, но так оно и было. Сама ситуация кажется сейчас просто фантастической. Только подумать – руководитель конференции по иммунофизиологии говорит, что очень нужны качественные работы, посвященные взаимодействию и функционированию органов иммунной системы, а у нас в гостинице, в чемодане, именно такая работа лежит! Конференция закончилась, и мы рассказали о своем положении профессору Нине Алексеевне Юриной. Она руководила кафедрой гистологии Университета дружбы народов – ведущей организации по защите кандидатской диссертации Сергеевой Валентины Ефремовны. Надо сказать, что с ней после защиты сложились довольно теплые личные отношения.  Нина Алексеевна, которая с неизменным участием относилась ко всем нашим делам, посоветовала не тушеваться и отнести рукопись профессору Корневой. И вот мы вечером достали из чемодана рукопись и отправились прямиком в номер Елены Андреевны Корневой. Она очень удивилась, но, полистав работу, сказала, что вызовет нас в Ленинград, когда ознакомится с рукописью полностью. Если бы она не вцепилась в нашу рукопись, как черт в грешную душу, сложно сказать, как все получилось бы».

Отдельно надо рассказать об академике Елене Андреевне Корневой (рис. 4).

Рис. 4. Корнева Елена Андреевна

Елена Андреевна Корнева – доктор медицинских наук, профессор, один из основателей новой научной дисциплины – иммунофизиологии,  основатель отечественной научной школы иммунофизиологов, ее ученики являются сотрудниками и руководителями крупных отечественных и зарубежных научных центров. С 1996 г. – действительный член Российской Академии медицинских наук. Одна из основателей Международного научного общества по нейроиммуномодуляции (ISNIM), в 1987-1990 гг. - его вице-президент. В 1993-1996 гг.  - член президиума Международного общества психонейроиммунологии и Почетный директор его Фонда. В течение многих лет была членом редколлегии журнала «Brain, Behavior and Immunity», с 2011 г. член редколлегии журнала «Advances in Neuroimmune Biology».

Елена Андреевна Корнева в 1963 г. впервые описала влияние локального повреждения структур гипоталамуса на интенсивность гуморального иммунного ответа на антигены, это открытие было зарегистрировано в 1972 г. Госкомитетом по делам открытий и изобретений СССР. Эта основополагающая работа послужила фундаментом для последующих исследований. Так, был установлен пространственно-временной паттерн структур мозга, участвующих в механизмах реализации реакций мозга на антигены, и разработана новая концепция организации системы нейрогуморальной регуляции иммунологических процессов, которая  стала основой для развития исследований в области иммунофизиологии с привлечением самых современных физиологических, иммунологических, биохимических и молекулярно-биологических методов.  Работами школы Елены Андреевны Корневой установлена значимая роль нервной системы в регуляции функций костного мозга как источника стволовых кроветворных клеток, экспериментально обоснованы ключевые механизмы взаимодействия двух важнейших биорегулирующих систем – нейроэндокринной и иммунной, изучены медиаторы нейроэндокринно-иммунных взаимодействий. Благодаря этим работам стало возможным интенсивное развитие принципиально нового направления современной медицины. 

Елене Андреевне Корневой принадлежит первый в стране курс лекций по нейроиммуномодуляции в Ленинградском (Санкт-Петербургском) государственном университете. Под ее редакцией вышло первое в мире руководство «Иммунофизиология» (Л.: Наука, 1993), она - автор более 400 научных работ и 6 монографий.  Исследования профессора Корневой, посвященные роли цитокинов в механизмах взаимодействия нейроэндокринной и иммунной систем и в развитии стрессорной реакции, признаны приоритетными не только в нашей стране, но и за рубежом.

Удивительно, как судьба свела двух Учителей, двух основателей Школ, как пересеклись две дисциплины – нейроиммуноморфология и нейроиммунофизиология. Елена Андреевна на тот момент, кажется, была единственным человеком в стране, да и, пожалуй, в мире, который разбирался в материале монографии на уровне, соответствующем уровню самих исследователей (рис. 5).

Рис. 5. Авторы монографии (1974). Гордон Дина Семеновна (слева),
Сергеева Валентина Ефремовна (справа),
Зеленова Ирина Геннадиевна (второй ряд, в центре)

- И когда профессор Корнева вызвала Вас в Ленинград, монография была сразу издана?

- Не так все просто. По рекомендации профессора Корневой Елены Андреевны мы отнесли рукопись на рецензию  доктору медицинских наук, профессору Говырину Владимиру Александровичу и получили положительную рецензию. Но одной рецензии было недостаточно. Для того чтобы издать монографию, нужен был ответственный редактор. И вот с этим возникли проблемы. Мы обратились было к одному – отказался, к другому – отказался. Наша работа мало кому была доступна для понимания – какие-то странные структуры, какие-то светящиеся клетки, то светятся, то не светятся, наши попытки осмыслить полученные результаты, несколько параллельных методов окраски срезов, разные лабораторные животные – все это совсем не вызывало у людей стремления разобраться в теме. И когда через некоторое время мы снова встретились с профессором Корневой, и она спросила, как продвигаются наши поиски ответственного редактора, мы прямо сказали: «Отказались. Все отказались. И это понятно. Не понятно только одного – почему профессор Корнева отказалась?». Она помолчала некоторое время и ответила, что профессор Корнева не отказалась. Так профессор Корнева Елена Андреевна стала ответственным редактором нашей монографии. Мы бесконечно благодарны ей за то, что она дала нашему труду «путевку в жизнь».

- Ее должно было впечатлить изложение материала. Легко, понятно, просто и вместе с тем убедительно.

- Наоборот, она была недовольна языком изложения и называла его «сленгом». Хорошо, что научные результаты не зависят от того, как именно изъясняется ученый – результаты сами за себя говорят. Какие бы мы ни использовали слова, как бы ни расставили запятые, у нас имелся обширнейший иллюстративный материал и соответствующий цифровой массив.

- То есть, несмотря на замечания редактора, рукопись практически не пришлось переписывать?

- Практически полностью было переписано введение. После редакторской правки оно стало академическим.

- Нескромный вопрос – на что была потрачена Ваша часть гонорара?

- Мы подписали бумагу, еще до печатания работы, что отказываемся от гонорара. Все формальные процедуры, связанные с гонораром, могли затянуть издание рукописи. Когда монография была издана, мы вздохнули с облегчением – наш многолетний труд наконец-то опубликован и найдет своих читателей, и, несмотря на долгие приключения рукописи, нам удалось сохранить свои приоритеты.

- Насколько мне известно, монография не выходила за рубежом?

- Дело в том, что в то время мы не имели возможности ничего публиковать за рубежом, мы не могли послать ничего за рубеж, даже по запросу. Было несколько запросов из-за рубежа, но они так и остались без ответов. Я наивно полагала, что нам разрешат ответить на письмо и отправить материалы за границу, но… Такое было время. Однако, когда Владимир Арнольдович Бочкарев (любимый ученик Дины Семеновны – прим. ред.) через 10 лет после выхода монографии поехал на стажировку в Германию, и потом, когда уже работал в Америке, в собственной лаборатории, он постоянно носил монографию с собой. И когда заходил разговор об иннервации лимфоидных органов, о том, что тема перспективна, он доставал монографию и с гордостью показывал коллегам. Те, конечно, очень удивлялись.

- Труд своих читателей давно нашел, только вот читатели его найти не могут – рады бы почитать, но…

- Не поверите, но я сама много лет искала бумажный экземпляр монографии. Тот, который был у меня, кто-то попросил и не вернул. Недавно моим ученикам удалось приобрести один из экземпляров, оставшихся в свое время в Ленинграде, и теперь у меня есть электронный вариант. И на кафедре медицинской биологии Чувашского государственного университета тоже есть. Сейчас, когда существует электронная почта, можно решить множество проблем.

Повторимся и скажем, что история Книги и история Школы тесно связаны между собой, и связующим звеном является  Учитель. Непостижимо стечение обстоятельств, которое позволило возникнуть этой монографии, непостижим колоссальный труд Дины Семеновны Гордон, которая смогла поставить перед своими учениками задачи, обобщить полученные материалы и, главное, понятно изложить все то, чему в течение многих лет была посвящена ее научная деятельность.

Автор благодарит академика РАМН, доктора медицинских наук, профессора Елену Андреевну Корневу; члена-корреспондента РАЕН, доктора медицинских наук, профессора Дину Семеновну Гордон; доктора биологических наук, профессора Валентину Ефремовну Сергееву за содействие, оказанное при подготовке статьи. Фотографии из личных архивов печатаются с любезного разрешения Елены Андреевны Корневой, Дины Семеновны Гордон и Валентины Ефремовны Сергеевой.

 

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1.    Гордон Д.С. Я в моем мире (воспоминания профессора Дины Семеновны Гордон)/ Д.С. Гордон // Морфология в теории и практике: материалы Всерос. науч. конф. с междунар. участием, посвящ. 90-летию со дня рождения Д.С. Гордон. - Чебоксары: Изд-во Чуваш. ун-та, 2012. - С. 56

2.    Гордон Д.С. Нейромедиаторы лимфоидных органов (функциональная морфология) // Д.С. Гордон, В.Е.Сергеева, И.Г.Зеленова. – Л.: Наука, 1982. – С. 41.

 

СВЕДЕНИЯ ОБ АВТОРАХ:

Гордова Валентина Сергеевна

ассистент кафедры медицинской биологии с курсом микробиологии и вирусологии ФГБОУ ВПО «Чувашский государственный университет им. И.Н. Ульянова»

 

Адрес для переписки:

428034, Чувашская Республика, г. Чебоксары, ул. Университетская, д. 24

Тел.: +7 (8352) 23-54-60

E-mail: crataegi@rambler.ru

 

INFORMATION ABOUT THE AUTHOR:

Valentina Sergeevna Gordova

assistant of the Medical Biology department including the course of Microbiology and Virology  at the FSBEI HPE "the Chuvash State University named after I.N. Ulyanov"

 

Аddress for correspondence:

Universitetskaya Str., 24, Cheboksary, the Chuvash Republic, 428034

Tel.: +7 (8352) 23-54-60

E-mail: crataegi@rambler.ru

 

V.S. GORDOVA

 

NEUROTRANSMITTERS OF LYMPHOID ORGANS

(functional morphology)

 

The Chuvash State University named after I.N. Ulyanov, Cheboksary

 

Uncommon view on  the scientific school of Dina Semenovna Gordon

© Все права защищены. Использование материалов без письменного согласия - запрещено..